Аполлинарий Михайлович Васнецов

Аполлинарий Михайлович Васнецов. Галерея картин художника - Шум старого парка, 1926

Картина стала живописным завещанием Аполлинария Васнецова. Она по-своему завершает тематический мотив, звучавший уже в полотнах «Сумерки», «Элегия» и «Озеро». На берегу пруда в позе глубокого раздумья сидит седой старик. Надвигаются сумерки. Мы видим и слышим шум ветра. Он сгибает кроны деревьев и гонит рябь по черной воде. Что может привидеться старому человеку? Перед его глазами проходит череда воспоминаний о прошлом, о сбывшихся и не сбывшихся надеждах, о том, как все было... Картина автобиографична, она носит искренний, исповедальный характер. В ней звучит не только ностальгия о былом, но и завет, обращенный в будущее. В ней выражено греческое стоическое отношение к жизни и смерти. Жизнь прекрасна, если она прожита достойно, благородно, человечно, в единстве с природой, при этом прочитывается и грусть прощания с жизнью, и сожаление о ее быстротечности, и гордость за чистоту и сохранение человеком его чести и достоинства. Античным спокойствием, благородством и чисто христианской безропотностью дышит эта работа старого мастера.

Теги сайта: Шум старого парка. Русская живопись, фото, картина, пейзаж, фотографии - историческая живопись. персональный сайт художника. Озеро Светлояр. русская живопись. брат Васнецова. Шум старого парка. Тайга на Урале. цветная репродукция. галерея живописи. веб галерея изобразительных искусств. член ТПХВ. художник Аполлинарий Васнецов. художественные музеи. Родина.

Чистый дух в океане лжи, обмана, эгоизма и лицемерия:

Александр Бенуа, хорошо знавший Аполлинария, так вспоминал о нем: «Мне нравились его довольно наивные, и все же убедительные затеи «возрождения» прошлого обожаемой им Москвы и его попытки представить грандиозность и ширь сибирской природы. Познакомившись с ним поближе, я поверил в абсолютную чистоту его души, а также в тождество его духовной природы и его искусства. Да и наружность у «Аполлинаши» удивительно соответствовала его творчеству. Что-то девичье-чистое светилось в его несколько удивленном взоре, а его довольно пухленькие «ланиты» (слово это как-то особенно сюда подходит) рдели таким румянцем, какого вообще не найдешь у взрослых людей и у городских жителей... Прелестен был и его «сибирский» овор, еще более дававший впечатление чего-то истинно русского, нежели говор москвичей».